• Журнал «Налоговый учет для бухгалтера» август 2008
  • Рубрика Взаимоотношения с госорганами

Притворная сделка как схема искусственного занижения выручки

  • 0 комментариев
  • 12289 просмотров
Один из способов незаконной оптимизации налогообложения – заключить несколько договоров, которые занизят выручку, тем самым прикрыв реальный договор. А если налицо все доказательства: использование взаимозависимых лиц, а также прошлые обязательства между продавцом и конечным покупателем с ценами, значительно превышающими «мнимые», то у налоговой инспекции есть все основания выйти победителем в судебном разбирательстве.


Как известно, любая сделка при несоблюдении определенных правил может быть признана либо ничтожной, либо оспоримой. Оспоримая сделка отличается от ничтожной тем, что первая может быть признана недействительной только судом, а ничтожная – независимо от такого признания является недействительной. Другими словами, такая сделка недействительна с самого начала ее совершения.

В этой связи возникает различие в том, кто может требовать признания сделки недействительной. Для оспоримых сделок существует определенный круг лиц, указанных в законодательстве, которые могут оспорить сделку. Требование же о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом, которым также может быть налоговый орган. Более того, суд по собственной инициативе вправе признать сделку ничтожной (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Риск признания сделки недействительной существует не только в самом факте отсутствия сделки с определенной даты, но и в том, что каждая из сторон обязана будет возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности такого возвращения, например, по причине получения вещи в натуре, возместить ее стоимость в денежном эквиваленте (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Как среди оспоримых сделок, так и среди ничтожных есть те, по которым в случае их признания таковыми может быть все взыскано в пользу Российской Федерации. В частности, в бюджет РФ взыскивается с лица/лиц, у которого/которых был умысел в совершении антисоциальных сделок (ст. 169 ГК РФ).

В деле, описанном ниже, речь пойдет о тех сделках, которые налоговые органы считают притворными. Определение и недействительность таких сделок как мнимая и притворная приведены в статье 170 Гражданского кодекса. В частности, мнимой сделкой является та, которая совершена лишь для вида и без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Притворная же сделка та, которая совершена с целью прикрыть другую сделку. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа, применяются в таком случае относящиеся к ней правила. Как мнимая, так и притворная сделка являются ничтожными.

Налоговые органы в описываемом деле представили довольно четкие, самостоятельно полученные доказательства вины налогоплательщика с обоснованием своей позиции по притворности сделок. Несмотря на это, суды двух инстанций арбитражных судов не обратили внимание на доводы налоговиков и встали на сторону налогоплательщика. Однако кассационная инстанция пришла к другим выводам, которые были изложены ею в постановлении ФАС Северо-Западного округа от 11.03.2008 г. № А42-3204/2005.

Суть дела и позиция налогоплательщика

C сентября 2000 года контрольный пакет акций ОАО «Пригорский ГОК» (далее – также налогоплательщик, Общество) принадлежал финансово-промышленной группе DOOM (далее – ФПГ DOOM), которая осуществляла централизованное планирование финансово-хозяйственной деятельности входящих в нее предприятий.

В свою очередь с момента контроля ФПГ DOOM Обществом был заключен ряд договоров на оказание консультационных и информационных услуг с ЗАО «Управляющая компания Группа DOOM» и с ЗАО «МХК ВнешХим», которые фактически контролировали деятельность ОАО «Пригорский ГОК» как предприятия, входящего в холдинг ЗАО «Группа DOOM», 98 процентов акций которого принадлежали ОАО «АКБ DOOM».

ОАО «Пригорский ГОК» по заниженным ценам реализовывало продукцию зависимым от ФПГ DOOM организациям-посредникам, которые фактически не принимали участия в сделках по реализации продукции, а являлись формальным звеном в цепочке перепродавцов.

Общество как продавец на основании заключенного с ООО «ТД Зороастр-ОХМК» (покупатель) контракта в 2002 году реализовало 50 000 тонн железорудного концентрата по цене 400 рублей за одну тонну на условиях поставки «станция назначения (станция Новотроицк)». Расходы по транспортировке в стоимость товара не включались и оплачивались покупателем дополнительно.

Оплата реализованной продукции производилась путем перечисления денежных средств на расчетный счет Общества в Сбербанке платежными поручениями, а также путем передачи простых векселей АКБ «Ме-банк».

Выручку, полученную от реализации железорудного концентрата по контрактам, ОАО «Пригорский ГОК» отражало для целей налогообложения в бухгалтерском учете.

Отгрузка железорудного концентрата производилась налогоплательщиком в адрес конечного грузополучателя – ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)». Согласно железнодорожным квитанциям на маршрут вагонов товар следовал напрямую от станции Пригорск Октябрьской железной дороги до станции назначения (станция Новотроицк Южно-Уральской железной дороги). Отправитель груза – ОАО «Пригорский ГОК», получатель – ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)».

В то же время ООО «ТД Зороастр-ОХМК» в рамках агентского договора реализовало железорудный концентрат производства ОАО «Пригорский ГОК» покупателю – ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)» по цене 475 рублей за одну тонну, то есть более чем на 19 процентов больше от той суммы, которую ОАО «Пригорский ГОК» установил для ООО «ТД Зороастр-ОХМК».

Кроме того, в 2001 году ОАО «Пригорский ГОК» непосредственно заключало прямые контракты на поставку железорудного концентрата с ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)» по цене 400 рублей за одну тонну.

Фактически получалось, что ОАО «Пригорский ГОК» реализовывало железорудный концентрат конечному покупателю – ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)», только теряло с этого около 20 процентов стоимости концентрата.

В соответствии с контрактом право собственности на товар переходит от продавца (ОАО «Пригорский ГОК») к покупателю (ООО «ТД ЗороастрОХМК») на станции назначения (станция Новотроицк Южно-Уральской железной дороги). Датой поставки по контракту считался день календарного штемпеля железнодорожной накладной на станции назначения, а момент перехода права собственности совпадал с датой поставки.

Согласно договору, заключенному ООО «ТД Зороастр-ОХМК» с ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)», и приложениям к нему базис поставки товара определялся как «станция назначения», то есть право собственности на железорудный концентрат производства ОАО «Пригорский ГОК» переходил от ООО «ТД Зороастр-ОХМК» к ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)» также на станции Новотроицк Южно-Уральской железной дороги.

Также налогоплательщик на основании заключенного с ОАО «Хорн» (покупатель) контракта в 2002 году реализовал около 2 000 тонн железорудного концентрата по цене 480 рублей за одну тонну на условиях поставки «станция отправления (станция Пригорск)».

Оплата реализованной продукции производилась путем перечисления денежных средств на расчетный счет Общества платежными поручениями.

Выручку, полученную от реализации железорудного концентрата по контракту с ОАО «Хорн», налогоплательщик также отразил для целей налогообложения в бухгалтерском учете.

Отгрузка железорудного концентрата производилась ОАО «Пригорский ГОК» в адрес конечного грузополучателя – ОАО «Компания «Углы и Угли». Согласно представленным железнодорожным квитанциям на маршрут вагонов товар следовал напрямую от станции Пригорск Октябрьской железной дороги до станции назначения (станция Углы-2). Отправитель груза – ОАО «Пригорский ГОК», получатель – ОАО «Компания «Углы и Угли».

Приобретенный у ОАО «Пригорский ГОК» железорудный концентрат ОАО «Хорн» реализовало покупателю – ООО «Затрейд» на основании договора по цене 500 рублей за одну тонну (Схема 1).

Таким образом получалось, что налогоплательщик реализовал железную руду ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)» и ОАО «Компания «Углы и Угли», тогда как ООО «ТД Зороастр-ОХМК» и ОАО «Хорн» являлись формальными собственниками железной руды, которая не принадлежала им даже сотую долю секунды.

Схема
Свернуть Показать

Позиция налогового органа

Налоговые инспекторы пришли к мнению, что налогоплательщик применял незаконную схему уклонения от налогообложения путем занижения выручки от реализации продукции зависимым от ФПГ DOOM организациям-посредникам, которые фактически не принимали участия в сделках по реализации продукции, а выступали в качестве формального звена в цепочке перепродавцов.

Инспекция настаивала на притворности сделки по реализации железорудного концентрата, заключенной ОАО «Пригорский ГОК» с ООО «ТД Зороастр-ОХМК» и с ОАО «Хорн», являющимся взаимозависимым с ЗАО «Группа DOOM» лицом, без намерения ее реального исполнения. По мнению ИФНС, заключив договор поставки продукции в адрес ООО «ТД Зороастр-ОХМК», налогоплательщик фактически прикрывал реально исполненную сделку по реализации железорудного концентрата конечному потребителю. На основании сказанного ИФНС доначислила ОАО «Пригорский ГОК» налоги в соответствии со статьей 31 Налогового кодекса исходя из цены реализации продукции конечному потребителю.

Основанием для доначисления налогов послужило также и то, что сделка по реализации ОАО «Пригорский ГОК» железорудного концентрата взаимозависимой с ЗАО «Группа DOOM» организации-посреднику (ООО «ТД Зороастр-ОХМК») является ничтожной в силу статьи 170 Гражданского кодекса и заключена с целью уклонения от налогообложения и получения необоснованной налоговой выгоды.

Такие же основания ФНС высказала в отношении притворности сделки по реализации железорудного концентрата, заключенной ОАО «Пригорский ГОК» с ОАО «Хорн», являющимся взаимозависимым с ЗАО «Группа DOOM» лицом, без намерения ее реального исполнения. По мнению инспекции, оформляя договор поставки продукции в адрес ОАО «Хорн», налогоплательщик фактически прикрывал реально исполненную сделку по реализации железорудного концентрата конечному потребителю.

По мнению налогового органа, реально состоявшейся сделкой является сделка по реализации ОАО «Пригорский ГОК» железорудного концентрата конечному покупателю, функция же ООО «ТД ЗороастрОХМК» и ОАО «Хорн» как посредников в сделке сводилась исключительно к оформлению искусственного движения концентрата путем его перепродажи.

Вместе с тем ИФНС установила, что ОАО «Пригорский ГОК» реализовывало продукцию зависимым от финансово-промышленной группы DOOM организациям-посредникам, в том числе зарегистрированным в оффшорных зонах с льготным режимом налогообложения, которые по рыночным ценам перепродавали эту продукцию предприятиям-переработчикам; со стороны финансово-промышленной группы DOOM через ЗАО «Группа DOOM» и ЗАО «МХК ВнешХим» фактически осуществлялось централизованное управление движением товарного потока продукции ОАО «Пригорский ГОК» как на внутреннем, так и на внешнем рынке.

Таким образом, по мнению инспекции, все это позволило налогоплательщику заключать договоры с посредниками без намерения их фактического исполнения, с целью создания видимости деятельности в виде получения выручки от реализации продукции именно фирмой-посредником (притворные сделки).

Кроме того, из материалов встречной проверки ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)» следует, что ранее, в 2001 году, ОАО «Пригорский ГОК» и ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)» заключали прямой контракт на поставку железорудного концентрата по цене 475 рублей за одну тонну, то есть по цене, превышающей цену реализации железорудного концентрата предприятиюпосреднику в 2002 году.

В ходе другой встречной проверки установлено, что ОАО «Хорн» по адресу, указанному в учредительных документах, не находится и с августа 2003 года не отчитывается в налоговом органе.

Проверив ОАО «Компания «Углы и Угли», инспекторы установили, что в 2002 году ОАО «Компания «Углы и Угли» приобретало железорудный концентрат производства ОАО «Пригорский ГОК» у ООО «Три уголька» (по цене 540 рублей за тонну) и у ООО «Затрейд» (по цене 585 рублей за тонну). Приобретенный железорудный концентрат ОАО «Компания «Углы и Угли» оплатило путем зачета взаимных требований (в счет задолженности поставщиков за отгруженный в их адрес уголь).

Таким образом, налоговая инспекция сделала вывод, что фактически ОАО «Пригорский ГОК» поставляло продукцию непосредственно организациям-потребителям. Поэтому для целей налогообложения инспекция использовала цену, уплаченную конечным покупателем, которая, по ее мнению, соответствует цене реально состоявшейся сделки, поэтому нет необходимости применять статью 40 Налогового кодекса к спорным правоотношениям.

Позиции судов

Отметим, что суды первой и апелляционной инстанций поддержали ОАО «Пригорский ГОК», обосновывая свое решение тем, что инспекция не доказала недобросовестность налогоплательщика и не обосновала правомерность доначисления налогов исходя из цены реализации железорудного концентрата конечному покупателю, то есть исходя из размера выручки, фактически полученной иным налогоплательщиком.

При рассмотрении дела суды первой и апелляционной инстанций сделали вывод о том, что условия контракта соответствуют положениям части 2 статьи 458 Гражданского кодекса и обязанность ОАО «Пригорский ГОК» по передаче железорудного концентрата в собственность ООО «ТД Зороастр-ОХМК» считается исполненной в момент сдачи товара перевозчику для доставки в адрес грузополучателя, указанного покупателем.

Вместе с тем суды не дали правовой оценки (на что было обращено внимание судьями третьей инстанции) доводам инспекции о том, что из содержания контракта, заключенного ОАО «Пригорский ГОК» с ООО «ТД Зороастр-ОХМК», вытекает обязанность продавца по доставке товара (отгрузка лицу, указанному в контракте в качестве получателя товара, на основании отгрузочной разнарядки и доставка товара железнодорожным транспортом грузополучателю), в связи с чем условие о переходе права собственности на товар к ООО «ТД Зороастр-ОХМК» в порядке, предусмотренном частью 2 статьи 458 Гражданского кодекса, не могло исполняться и не исполнялось в действительности, а следовательно, ООО «ТД Зороастр-ОХМК» не могло реализовать этот товар ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)» на условиях, предусмотренных договором между ними.

При рассмотрении дела суды первых двух инстанций не признали, что ОАО «Пригорский ГОК», ООО «ТД Зороастр-ОХМК» и ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)» в силу пункта 2 статьи 20 Налогового кодекса являются взаимозависимыми лицами, указав на то, что в подтверждение их взаимозависимости инспекция не представила доказательств.

Абсолютно аналогичные выводы суды первой и апелляционной инстанций сделали из контракта между ОАО «Пригорский ГОК» и ОАО «Хорн». Суды также указали, что они не соответствуют положениям части 2 статьи 458 Гражданского кодекса, а обязанность ОАО «Пригорский ГОК» по передаче железорудного концентрата в собственность ОАО «Хорн» также считается исполненной в момент сдачи товара перевозчику для доставки в адрес грузополучателя, указанного покупателем.

Тем не менее суд третьей инстанции указал, что согласно контракту, заключенному между ОАО «Пригорский ГОК» и ООО «ТД Зороастр-ОХМК» право собственности на товар переходит от продавца (ОАО «Пригорский ГОК») к покупателю (ООО «ТД Зороастр-ОХМК») на станции назначения (станция Новотроицк Южно-Уральской железной дороги). Датой поставки считается дата календарного штемпеля железнодорожной накладной на станции назначения. Момент перехода права собственности совпадает с датой поставки.

Кроме того, договором ООО «ТД Зороастр-ОХМК» с ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)» и приложениям к нему базис поставки товара определен как «станция назначения», то есть право собственности на железорудный концентрат производства ОАО «Пригорский ГОК» переходит от ООО «ТД Зороастр-ОХМК» к ОАО «ЗОРОАСТР (ОХМК)» также на станции Новотроицк Южно-Уральской железной дороги.

Договор между ОАО «Пригорский ГОК» и ОАО «Хорн» говорит о том, что право собственности на товар переходит от продавца (ОАО «Пригорский ГОК») к покупателю (ОАО «Хорн») на станции отправления (станция Пригорск Октябрьской железной дороги). Датой поставки считается дата календарного штемпеля железнодорожной накладной на станции отправления. Момент перехода права собственности совпадает с датой поставки.

А договором, заключенным ОАО «Хорн» с ООО «Затрейд», базис поставки товара определен как станция отправления, то есть право собственности на железорудный концентрат производства ОАО «Пригорский ГОК» переходит от ОАО «Хорн» к ООО «Затрейд» также на станции Пригорск Октябрьской железной дороги.

Суд кассационной инстанции приходит к иному выводу, нежели нижестоящие суды, обосновывая свою позицию следующим образом.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Гражданского кодекса право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. Передачей признается вручение вещи приобретателю, а равно сдача перевозчику для отправки потребителю или сдача в организацию связи для пересылки приобретателю вещей, отчужденных без обязательства доставки.

Вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица (ч. 1 ст. 224 ГК РФ).

Часть 1 статьи 458 Гражданского кодекса говорит о том, что если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент:

  • 1) вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара;
  • 2) предоставления товара в распоряжение покупателя, если товар должен быть передан покупателю или указанному им лицу в месте нахождения товара.

В случаях, когда из договора купли-продажи не вытекает обязанность продавца по доставке товара или передаче товара в месте его нахождения покупателю, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент сдачи товара перевозчику или организации связи для доставки покупателю, если договором не предусмотрено иное (ч. 2 ст. 458 ГК РФ).

Таким образом, ФАС Северо-Западного округа указал, что в обоих эпизодах было нарушение условий и принципов договора поставки, что может свидетельствовать о притворности осуществленных сделок ОАО «Пригорский ГОК».

Суд кассационной инстанции также обратил внимание на то, что нижестоящие суды не дали правовой оценки доводам инспекции о том, что из содержания контракта, заключенного ОАО «Пригорский ГОК» с ОАО «Хорн», вытекает обязанность продавца по доставке товара (отгрузка лицу, указанному в контракте в качестве получателя товара, на основании отгрузочной разнарядки и доставка товара железнодорожным транспортом грузополучателю), в связи с чем условие о переходе права собственности на товар к ОАО «Хорн» в порядке, предусмотренном частью 2 статьи 458 Гражданского кодекса, не могло исполняться и не исполнялось в действительности. А следовательно, ОАО «Хорн» не могло реализовать этот товар ООО «Затрейд» на условиях, предусмотренных договором между ними. Зеркальная ситуация возникла и со сделкой между ОАО «Пригорский ГОК» и ООО «ТД Зороастр-ОХМК».

При рассмотрении описываемого дела суд высказал несогласие с двумя предыдущими инстанциями арбитражных судов и по другим эпизодам.

В частности, судьи апелляционной инстанции не признали, что ОАО «Пригорский ГОК», ОАО «Хорн», ООО «Затрейд» и ОАО «Компания «Углы и Угли» являются взаимозависимыми лицами, указав при этом на то, что в подтверждение взаимозависимости этих лиц налоговый орган не представил доказательств, отвечающих принципам относимости и допустимости.

По мнению ФАС, судьи нижестоящих инстанций не исследовали в совокупности и взаимосвязи (в том числе и в результате разделения дела на отдельные эпизоды) все обстоятельства, связанные с влиянием взаимозависимости контрагентов и согласованности их действий на возможность использования налогоплательщиком схемы искусственного занижения выручки от реализации продукции с целью перераспределения налогового бремени между участниками сделок и уклонения от исполнения своих налоговых обязательств, а также на возможность учета для целей налогообложения операций по реализации продукции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом для получения необоснованной налоговой выгоды.

ФАС сослался на постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 12.10.2006 г. № 53 об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды. Отправляя дело на новое рассмотрение в арбитражный суд области, ФАС указал, что если суд на основании оценки представленных инспекцией и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что последний учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем его прав и обязанностей, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции (п. 7).

Следовательно, вывод нижестоящих судов о неправомерном применении ИФНС метода доначисления налогов исходя из фактической цены приобретения продукции конечным покупателем (ст. 31 НК РФ) мог быть сделан только при наличии бесспорных доказательств того, что для целей налогообложения ОАО «Пригорский ГОК» учитывало реально осуществленные хозяйственные операции в соответствии с их действительным экономическим смыслом.

В итоге кассация указала, что при рассмотрении данных дел суды не оценили все имевшиеся доказательства в их совокупности и взаимосвязи, поэтому судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Комментарии и рекомендации

В некоторых делах суд сознательно разделяет действия налогоплательщика на ряд эпизодов, каждый из которых квалифицируется самостоятельно (постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 27.03.2008 г. № А19-7151/07-51-20-Ф02-992/08). В рассматриваемом деле суд поступил также, разделенные эпизоды впоследствии выделились в отдельные дела. Однако на этот раз, по мнению ФАС, разделение на эпизоды в результате не позволило судам исследовать обстоятельства в совокупности и взаимосвязи. Поэтому в данном случае Федеральный арбитражный суд поступил наоборот: указал на необходимость рассмотрения дела в совокупности эпизодов и отправил на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Это произошло не случайно, так как налоговый орган настаивал на притворности сделок, указывая на цепочку, в которой товар перепродавался с увеличением выручки до 20 процентов в каждом случае. Конечно, сам по себе данный факт ни о чем не говорит. Это обычная предпринимательская деятельность: купить, а затем перепродать товар. На этом по строена рыночная экономика. Однако у налоговиков было два аргумента, на наш взгляд, очень важных, которые сыграли основную роль в решении дела в их пользу:

  1. Налоговая инспекция указала на множественность фактов создания схем искусственного занижения выручки с использованием многочисленных компаний, входящих в ФПГ DOOM.
  2. ИФНС предоставила доказательства того, что в предыдущих налоговых периодах ОАО «Пригорский ГОК» заключало сделки с конечными лицами в схеме по ценам намного выше тех, которые указывались в первоначальных сделках рассматриваемого спора.

Для суда эти два момента могли указать только на то, что:

  • цель сделки в каждом эпизоде ставилась под сомнение;
  • промежуток времени, на который обращала внимание налоговая, показывал картину всех взаимоотношений ОАО «Пригорский ГОК».

Поэтому неслучайно при вынесении решения ФАС сослался на пункт 7 постановления ВАС РФ № 53, где как раз и говорится о цели действий налогоплательщика: если он для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, то суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции. Подлинное экономическое содержание операций заключалось как раз в картине взаимоотношений прошлых периодов, где ОАО «Пригорский ГОК» получало реальную выгоду.

Суд мог также сослаться на пункт 5 постановления ВАС РФ № 53, где говорится о времени сделки. Так, о необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии невозможности реального осуществления налогоплательщиком операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Место и объем материальных ресурсов остались прежними, а вот время почему-то изменило структуру взаимоотношений с контрагентами.

Здесь видна и подоплека абсурдности требований судов первой и апелляционной инстанций, которые указывали на необходимость применения цены по статье 40 Налогового кодекса с учетом взаимозависимости. Для налоговой инспекции взаимозависимость не стала тем решающим аргументом, которые привычно видеть в других делах, потому что она – лишь еще один факт в утяжелении налоговой схемы.

У налоговиков был козырь притворности сделок, в силу чего они с полным правом воспользовались статьей 31 Налогового кодекса, пункты 7–9 которой предоставляют налогоплательщикам право определять суммы налогов, подлежащих уплате, требовать устранения выявленных нарушений законодательства о налогах и сборах и контролировать выполнение указанных требований, а также взыскивать недоимки, пени и штрафы.

Помимо перечисленных выше обстоятельств, ФАС указал также на гражданско-правовые аспекты, которые могут служить основанием для признания сделки притворной. Это, безусловно, переход права собственности по договорам поставки и купли-продажи. Судьи кассационной инстанции не случайно указали на статью 458 Гражданского кодекса (момент исполнения обязанности продавца передать товар). Невозможно предположить передачу вещи по одному договору одновременно с передачей вещи по другому, если, конечно, речь не идет о перевозке или подряде. В данном случае имелись два договора поставки.

Согласно части 2 пункта 1 статьи 224 Гражданского кодекса вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица. В данных правоотношениях никакой речи о фактическом поступлении железной руды приобретателю быть не могло, так как груз отправлялся сразу конечному покупателю концентрата в схеме.

Странно то, что судьи и налоговые органы не обратили внимание на существование агентского договора в схеме, который никак не предусматривает получения большей прибыли, чем агентское вознаграждение. Исключение составляет определение различных условий, которые по обычаям делового оборота в поставке не используются. Но в любом случае речи о перепродаже быть не может, так как обязанности агента – найти и заключить сделку. В любом случае налоговые органы здесь и поставили вопрос о притворности агентирования, так как непонятно, в чем заключались функции агента – в поиске давно существовавшего клиента ОАО «Пригорский ГОК»?

Думается, что немаловажную роль в этой истории сыграл также тот факт, что при реализации железорудного концентрата использовались схемы зачета взаимных требований, что фактически приводило схему к идеальной финансовой процедуре взаиморасчетов.

Хочется также обратить внимание, что наименования компаний, которые были задействованы в схеме искусственного занижения выручки, сознательно были выбраны почти одинаковыми. Это позволяло не вникать в суть того, какая компания является грузоотправителем или грузополучателем. Такой способ формирования компаний, которые задействованы в различных схемах, используется многими холдингами и считается довольно эффективным.

На практике даже можно встретить компании, наименование и исполнительный орган которых абсолютно идентичны, но понять, какая из них является продавцом, какая покупателем, какая исполнителем, а какая заказчиком, бывает не так легко. Такое положение вещей существует по причине отсутствия законодательного регулирования отношений между компаниями с тождественными признаками их идентификации.

Сегодня, конечно, существует судебная практика оспаривания тождественных наименований, решения по которым выносятся в пользу тех компаний, которые были зарегистрированы раньше одноименной (см. например, постановление ФАС Волго-Вятского округа от 06.11.2007 г. № А31-7763/2006-14). Однако такие споры могут быть только инициированы теми, кто обладает правом на фирму (п. 11 «Положения о фирме», утвержденного постановлением ЦИК СССР и СНК СССР от 22.06.1927 г.).

Поэтому стоит помнить, что налоговый орган не всегда пользуется хорошо известными формулами о взаимозависимости, неправильном отражении цифр в бухгалтерии, поиском мертвых адресов или «серыми» контрагентами. Иногда просто достаточно посмотреть на осуществление деятельности компании в определенный промежуток времени или на исполнение сделок в соотношении с Гражданским кодексом.

Обратим внимание, что данный спор не закончился, а отправлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. И, несмотря на собственную позицию ФАС, возможность его исхода предугадать сложно. Остается только ждать, какие еще доводы будут приведены сторонами спора в обоснование своих исковых требований.

на
Электронная подписка за 8400 руб. Печатная версия за YYY руб.

  нет голосов

Нет комментариев
Свернуть форму комментария Комментировать

  • Добавить
Закрыть
Закрыть

  • Отправить
Закрыть

Подписка


на журналы


Все поля обязательны.
Закрыть

Задать вопрос для интервью
  • Отправить
9 Мая – Всероссийский праздник День победы.