Что нужно для доказательства в суде исключительного права на научно-техническую документацию

Проблем с научно-техническими документами достаточно много, в т.ч. регулярно возникают вопросы о том, кому принадлежат права собственности, особенно если они были созданы давно. Показательным является спор о научно-технической документации, созданной в 1995–1996 годах, – дело № А32-45999/2020 в августе 2021 года сначала рассмотрел Арбитражный суд Краснодарского края, потом оно прошло апелляционную инстанцию и Суд по интеллектуальным правам, а в сентябре 2022 года добралось до Верховного Суда РФ. Причем все инстанции были единодушны в суждениях.

Поводом для долгих разбирательств стало недовольство ОАО «Муромтепловоз» (далее – Муромтепловоз) тем, что ОАО «Тихорецкий машиностроительный завод им. В.В. Воровского» (далее – Завод им. В.В. Воровского) выиграло аукцион на поставку колесных пар, по результатам которого с ним заключил контракт ГУП «Московский метрополитен» (далее – Метрополитен).

Муромтепловоз разработал конструкторскую документацию на автомотрисы железнодорожного вагона, в состав которых и входили колесные пары, поэтому он считал себя обладателем исключительных прав на эту документацию, а произведенные конкурентом колесные пары – контрафактной продукцией, схожей до степени смешения с его оригинальными изделиями. Но Муромтепловоз проиграл дело во всех судебных инстанциях, и вот почему:

• Муромтепловоз действительно обладал конструкторской документацией на колесные пары, которая была разработана им в 1995–1996 годах по техническому заданию Министерства путей сообщения РФ;
• однако:
  • этот завод не смог представить суду техзадание министерства (!);
  • в законодательстве той поры отсутствовала императивная норма, согласно которой исключительные права на результаты научно-исследовательских работ, опытно-конструкторских и технологических работ как на секрет производства закреплялись бы за разработчиком. Согласно тому законодательству данный момент должен был быть урегулирован договором с заказчиком, который Муромтепловоз представить тоже не смог;
  • не были доказаны и источники финансирования разработки;
  • конструкторская документация имеет коммерческую ценность вследствие неизвестности ее третьим лицам, но истец не представил доказательств организации им комплекса мер по охране этой коммерческой тайны, так же как и не доказал ее утрату;
• любопытным в этой истории является следующий момент:
  • в ноябре 2019 года Метрополитен разместил извещение о проведении электронного аукциона на право заключить контракт на поставку колесных пар, при разработке технического задания Метрополитен обратился к Муромтепловозу для оказания технической помощи и предоставления информации о колесных парах;
  • в ответ на данное обращение Муромтепловоз направил информационное письмо и предоставил эскизы колесных пар (при этом передача исключительных прав на данный объект интеллектуальной собственности не производилась);
  • однако Завод им. В.В. Воровского утверждал, что сам разработал эти изделия и перечислил целый ряд общедоступных документов, на которые он опирался: начиная с техзадания Метрополитена и заканчивая ГОСТ.

Суды посчитали, что сам по себе факт создания Муромтепловозом конструкторской документации не свидетельствует о возникновении у него исключительных прав на нее как на секрет производства, а Завод им. В.В. Воровского использовал собственные разработки.

Какой вывод стоит сделать из этой истории? Принадлежность исключительных прав на конструкторскую документацию нужно подтверждать документально, причем с учетом положений законодательства, действовавших на момент ее создания. Важно сохранять:

не только саму научно-техническую документацию;

но и документы, которые бы подтверждали права на нее.

Наталья Храмцовская,
к.и.н., ведущий эксперт по управлению документацией
компании «ЭОС», эксперт ИСО, член Международного совета архивов