Почему успешный сотрудник после отпуска внезапно «выпадает из обоймы», перестает закрывать задачи и боится увольнения, а руководитель, вместо того чтобы поддержать, давит на него?
На конкретном примере изучаем природу послеотпускного синдрома – от десинхроноза и сбитых циркадных ритмов до туннельного мышления и кризиса среднего возраста. Показываем, как отличить временную адаптацию от профессионального выгорания и глубинного ценностного конфликта, а также работающие инструменты самодиагностики – квадрат Декарта и персональный SWOT-анализ.
Объясняем, почему электронные системы управления без живого лидерства превращают людей в «микросхемы» и провоцируют в коллективе «цифровой итальянский саботаж».
Руководителям будет полезно узнать, как превратить послеотпускной спад подчиненных в точку роста команды с помощью поддерживающего мониторинга и человеческого участия; почему собственникам бизнеса важно видеть в работнике не «микросхему», а живого человека.
Не лень, а послеотпускной синдром
Начнем статью с практической истории.
«Полторы недели назад я вышел из отпуска, отдыхали с семьей на море. Вроде бы отпуск прошел так, как и должен был: сначала хотелось отдыхать, потом – скорее вернуться домой, в свою квартиру, к друзьям и даже коллегам. Но в прошлый понедельник, когда я оказался в офисе, меня охватила страшная неприязнь…» – пишет психологу запрос клиент Алексей 37 лет, старший менеджер торгового предприятия.
Дальше он отметил, что сложности втянуться обратно в рабочий ритм у него бывали и раньше, в том числе когда брал отпуск зимой, но в этот раз ситуация воспринималась особенно остро: «Я понял словно со стороны, как выглядит моя работа. Начальник нашего управления дает мне должностные поручения через программу, где устанавливается суть работы и срок, данный на ее выполнение, и по итогу я должен отчитаться. За несвоевременное или некачественное выполнение задач меня могут в конце месяца лишить части премиальных (а то и всей суммы). Вот и сейчас: в этот понедельник выяснилось, что за неделю я не выполнил ни одной задачи. Раньше я был на отличном счету, а сейчас словно парализовало: каждый клик мышкой в отчетной системе равносилен поднятию штанги в фитнес-зале.
И вот вчера шеф вызвал меня в свой кабинет. Тон его разговора был весьма жестким. Он потребовал “взять себя в руки и обеспечить надлежащую продуктивность”, намекнув уже чуть более по-человечески, что не понимает, что происходит, ведь я только что отдохнул.
Чувствую дикую вину и даже стыд перед всей командой. И страх, что могут уволить. Но заставить себя работать никак не могу. Что делать?»
Знакомо? Давайте разберемся, как действовать, если вы оказались в таком же положении.
Ситуация, увы, достаточно частая. В корпоративной психологии у нее даже есть научное название: послеотпускной синдром, или послеотпускная хандра. Со стороны это не лень, не каприз и даже не прокрастинация (внутреннее сопротивление выполняемой работе – часто по причине страха ошибки или недостаточной компетенции). Это реакция, имеющая комплексные причины, особенно заметная у тех, кто раньше был на отличном счету.
Главное, что нужно знать: то, что происходит с вами или вашими подчиненными и коллегами после отпуска, не лень и не профнепригодность. Это совершенно нормальная и временная реакция. Послеотпускной синдром имеет физиологические и психологические причины, он решаем.
Почему организм саботирует работу: нейрофизиология после отпуска
Вернемся к нашему примеру. Алексей коротко рассказал, что отдыхал на море. Сегодня для российского туриста открыты далеко не все популярные морские курорты. Но посмотрим, где находятся места пляжного отдыха, наиболее популярные у россиян. Допустим, речь о жителе Москвы или Петербурга. Отечественные морские курорты (Сочи, Анапа, Крым и т. п.) и такие популярные туристические маршруты, как Абхазия и Турция, находятся в одном часовом поясе с российскими столицами. Но, согласно туристическим порталам, у россиян не менее популярны такие направления, как Египет и ОАЭ, где время отличается в ту или иную сторону на час от московского, а также Вьетнам, Индия и Таиланд, где разница во времени уже существеннее (плюс 4–5 часов к московскому времени). Именно на дальних направлениях организм получает существенный удар.
При такой разнице во времени мы сталкиваемся с классическим проявлением так называемого десинхроноза – рассинхронизацией внутренних циркадных ритмов с внешним суточным циклом (днем и ночью) новой среды. Можно сказать, что, если была существенная разница во времени, домой по факту вернулся «не весь сотрудник сразу»: его центральная нервная система словно задержалась на пляже! Рабочий день начинается в 9 или 10 часов утра по московскому времени, тогда как в Таиланде или на Гоа уже наступило послеобеденное время, когда буквально охота поспать. К концу же рабочего дня по Москве биологические часы фиксировали уже поздний вечер, когда вовсе не до работы.
Сколько времени нужно на перестройку режима «назад на Москву»? Нейрофизиологи отмечают, что перестройка происходит в режиме примерно час в сутки. Тогда ничего удивительного, что полноценно войти в рабочий ритм можно только на второй неделе после отпуска. Но что делать, если руководство рассуждает формально: вышел на работу – изволь выполнять свою трудовую функцию надлежащим образом? (Ведь опять же формально начальник прав!)
В такой ситуации можно применить режим микропланирования дел. Перед вами список задач, которые нужно сделать за неделю. Разделите их на мелкие шаги так, чтобы один шаг требовал на исполнение 25–30 минут. Поясните свое состояние после отпуска, согласуйте график исполнения дел с непосредственным начальником. Демонстрация пошагового плана работы и регулярное закрытие микрозадач в не сильно напряженном режиме снимут с руководителя ощущение, что вы заняты саботажем или ленитесь. Если же он все равно давит, стоит подкрепить свои действия письменной служебной запиской: «В связи с возвращением из отпуска и адаптационным периодом прошу скорректировать план задач на текущую неделю». Это не жалоба, а проявление...
