Правоприменительная практика демонстрирует устойчивую тенденцию к расширительному толкованию категории контролирующего должника лица (КДЛ). Это в интересах кредиторов, т. к. у них появляется больше возможностей для удовлетворения своих требований к банкротам за счет привлечения к субсидиарной ответственности других лиц. Фактическим бенефициарам и серым кардиналам, а также внешним консультантам и доверенным лицам банкротящихся компаний тоже будет нелишним узнать, за что и как их могут привлечь к ответственности в процедуре банкротства.
Рассматриваем, как изменилось понятие контролирующего лица за последние несколько лет с точки зрения судебной практики и кто может быть привлечен к ответственности по долгам компании. Коснемся, в частности, вопросов о том, когда можно точно сказать, что лицо контролирует должника, а когда это однозначно решается только в ходе судебных разбирательств по совокупности обстоятельств.
Отдельно даем пояснения о квалификации как контролирующих должника лиц, находящихся в отношениях родства или свойства с руководителем, с членами органов управления должника или занимающих определенные должности (главный бухгалтер, финансовый директор, руководитель филиала, руководитель юридического отдела и т. д.); лиц, которые в силу полномочий могли совершать сделки от имени должника; контрагентов должника и «зеркальных» компаний.
Когда статус контролирующего лица предопределен
Институт субсидиарной ответственности в последние годы превратился в один из ключевых механизмов защиты кредиторов в процедурах банкротства. При недостаточности имущества должника и наличии соответствующих оснований требования кредиторов в банкротстве могут быть удовлетворены за счет лиц, контролировавших деятельность должника.
Отметим, что Верховный Суд РФ последовательно делает акцент на том, что контролирующим лицом признается не тот, кто формально занимает определенную должность или входит в орган управления, а тот, кто реально влияет на принятие решений в компании. При определении круга ответственных лиц очень важно установить наличие фактической возможности определять действия должника: давать обязательные указания или влиять на ключевые сделки и управленческие решения 1
При этом в отношении отдельных лиц действует презумпция наличия у них статуса контролирующего лица. К таким субъектам относятся 2:
- руководитель должника, его управляющая компания, руководитель управляющей компании, ликвидатор (член ликвидационной комиссии), член правления или дирекции;
- владелец 50% акций или доли в уставном капитале общества;
- лица, имеющие в совокупности 50% и более голосов при принятии решений общим собранием;
- лица, которые имеют право назначить (избирать) руководителя должника;
- лицо, которое извлекло выгоду из недобросовестного поведения руководителя должника.
Указанные лица считаются контролирующими должника и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности, пока не доказано обратное.
Отдельно регулируется ситуация с номинальными руководителями. Даже если номинальный директор фактически не управлял компанией и действовал по указанию другого лица, он не освобождается от ответственности. В таких случаях ответственность, как правило, несут и номинальный, и фактический руководители – солидарно. При этом номинальный руководитель может снизить свою ответственность, если активно содействует раскрытию информации о реальном контролирующем лице и активах 3.
Когда возможность контроля устанавливается по совокупности обстоятельств
Формальные признаки, такие как участие в капитале должника или должность лица, сами по себе не означают наличие контроля. Суд всегда оценивает фактическую вовлеченность лица в управление: насколько именно от него зависели значимые решения и экономическая судьба компании.
Допустима и обратная ситуация: отсутствие должностей и невхождение лица в органы управления не является основанием для освобождения его от ответственности, если доказана возможность осуществления контроля.
Контроль может выражаться в следующем:
- определение финансовой политики...
